Басё
О, сколько их на полях!
Но каждый цветет по-своему, -
В этом высший подвиг цветка!
НИКОЛАЙ ЗАБОЛОЦКИЙ «БОЛЕРО»
Итак, Равель, танцуем болеро!
Для тех, кто музыку не сменит на перо,
Есть в этом мире праздник изначальный -
Напев волынки скудный и печальный
И эта пляска медленных крестьян...
Испания! Я вновь тобою пьян!
Цветок мечты возвышенной взлелеяв,
Опять твой образ предо мной горит
За отдаленной гранью Пиренеев!
Увы, замолк истерзанный Мадрид,
Весь в отголосках пролетевшей бури,
И нету с ним Долорес Ибаррури!
Но жив народ и песнь его жива.
Танцуй, Равель, свой исполинский танец.
Танцуй, Равель! Не унывай, испанец!
Будь мельничихой в грозный час прибоя!
О, болеро, священный танец боя!
А.В.Кольцов
(Подражание Пушкину)
Пленившись розой, соловей
И день и ночь поёт над ней;
Но роза молча песням внемлет,
Невинный сон её объемлет...
На лире так певец иной
Поёт для девы молодой;
Он страстью пламенной сгорает,
А дева милая не знает -
Кому поёт он? отчего
Печальны песни так его?..
(1831)
Из сборника поэзии "Манъёсю":
Бабочки полет
Будит тихую поляну
В солнечных лучах.
Из поэзии Сайге,XII век:
В ПАМЯТИ ПЕРЕБИРАЮ
ВСЕ ОТТЕНКИ ОСЕННЕЙ ЛИСТВЫ,
ВСЕ ПЕРЕМЕНЫ ЦВЕТА...
НЕ ЗАТИХАЕТ ХОЛОДНЫЙ ДОЖДЬ
В ДЕРЕВНЕ У ПОДНОЖИЯ ГОР.
НИКОЛАЙ ГУМИЛЕВ
«ВОЛШЕБНАЯ СКРИПКА»
Милый мальчик, ты так весел, так светла твоя улыбка,
Не проси об этом счастье, отравляющем миры,
Ты не знаешь, ты не знаешь, что такое эта скрипка,
Что такое темный ужас начинателя игры!
Тот, кто взял ее однажды в повелительные руки.—
У того исчез навеки безмятежный свет очей;
Духи ада любят слушать эти царственные звуки,
Бродят бешеные волки по дороге скрипачей.
Надо вечно петь и плакать этим струнам, звонким струнам,
Вечно должен биться, виться обезумевший смычок,
И под солнцем, и под вьюгой, под белеющим буруном,
И когда пылает запад, и когда горит восток.
Ты устанешь и замедлишь, и на миг прервется пенье,
И уж ты не сможешь крикнуть, шевельнуться и вздохнуть, --
Тотчас бешеные волки в кровожадном исступленье
В горло вцепятся зубами, встанут лапами на грудь.
Ты поймешь тогда, как злобно насмеялось то, что пело,
В очи глянет запоздалый, но властительный испуг.
И тоскливый смертный холод обовьет, как тканью, тело,
И невеста зарыдает, и задумается друг.
Мальчик, дальше! Здесь не встретишь ни веселья, ни сокровищ!
Но, я вижу, ты смеешься, эти взоры – два луча.
На, владей волшебной скрипкой, загляни в глаза чудовищ
И погибни славной смертью, страшной смертью скрипача!
ИОСИФ БРОДСКИЙ
ИЗ ЦИКЛА"ВЕНЕЦИАНСКИЕ СТРОФЫ" (1982):
ТАК ВЫХОДЯТ ИЗ ВОД, ОШЕЛОМЛЯЯ ГЛАДЬЮ
КОЖИ БУГРИСТЫЙ БЕРЕГ, С ЦВЕТКОМ В РУКЕ,
ЗАБЫВАЯ ПРО ПЛАТЬЕ, ПРЕДОСТАВЛЯЯ ПЛАТЬЮ
ВСПЛЕСКИВАТЬ ВДАЛЕКЕ.
ТАК ОБДАЮТ ВАС БРЫЗГАМИ. ТЕ, КТО БЕССМЕРТЕН, ПАХНУТ
ВОДОРОСЛЯМИ, ОТЛИЧАЯСЬ ОТ ВООБЩЕ ЛЮДЕЙ,
ГОЛУБЕЙ ОТРЫВАЯ ОТ СУМАСШЕДШИХ ШАХМАТ
НА ТОРЦАХ ПЛОЩАДЕЙ.
***
ТАК СМОЛКАЮТ ОРКЕСТРЫ.ГОРОД СРОДНИ ПОПЫТКЕ
ВОЗДУХА УДЕРЖАТЬ НОТУ ДО ТИШИНЫ,
И ДВОРЦЫ СТОЯТ, КАК СДВИНУТЫЕ ПЮПИТРЫ,
ПЛОХО ОСВЕЩЕНЫ.
ТОЛЬКО ФАЛЬЦЕТ ЗВЕЗДЫ МЕЖ ТЕЛЕГРАФНЫХ ЛИНИЙ -
ТАМ, ГДЕ ГЛУБОКИМ СНОМ СПИТ ГРАЖДАНИН ПЕРМИ.
НО ВОДА АПЛОДИРУЕТ, И НАБЕРЕЖНАЯ - КАК ИНЕЙ,
ОСЕВШИЙ НА ДО-РЕ-МИ.
